Перейти до вмісту
ПротоієрейАндрій Прудников

Уміння бачити свою провину

10:54 · запис з диктофона · Покаяння і прощення

Текст проповіді

Текст розшифровано за аудіозаписом і вивірено.

Текст проповіді — російською, так, як говорив батюшка.

Час біля абзацу — послухати з цього місця.

Я? Нет, я не виноват. Вот там злые дяди и тети на работе, бандитский район, [красная улица]. Несправедливый приговор, злой судья, все что угодно. Но только не я. Я ж не виноват. И до тех пор, пока это происходит, дорогие вы мои, мы никогда с вами не найдем истинную причину наших неприятностей. Твердейший залог того, что мы с ними рассчитаемся, с этими неприятностями, решим их, — это умение видеть свою вину. И не вообще. Ну так, знаете, батюшка, как-то так вот. Ну, конечно, грешна. Ну, как-то. Что «как-то»? В чем грешна или в чем грешен?

Ну как? Не резал, не убивал. А так, понемножку что-нибудь там. Мы не видим своих грехов. И самое интересное, что не хотим в них признаваться. Трусим, вопрос в том, что трусим. Мы пытаемся использовать церковь.

У нас у многих из нас церковь — это, знаете, такая узаконенная бабка. Вот почему люди часто к бабкам ходят? Я вот долго выяснял. Мне один человек, молодец, подсказал. Я вот никогда просто бы об этом и не додумался. Он говорит: «Потому что у бабки все просто. Зашел, яичко с собой принес, тебе погадали, деньги дал, сказали: все, твои проблемы решены. Иди». И все. У вас пришел в церковь: там не стой, там свечки ставь, там не ставь, там стань на колени, там крестись. Ничего не понятно. Дядька с каким-то дымом ходит, дует.

То они что-то поют на непонятном языке. А у бабки все просто. [Баба чч], поплевала, все, яйцо разбила, все. И ты понимаешь, что она шарлатанка. Но зато все просто, понятно. Вот потому, дорогие мои, в церковь человек приходит либо в обеденный перерыв, знаете, как душепагубное лицедейство. Смотришь на это все: заскакивает человек в обеденный перерыв, выпучил глаза, десять свечей. Дыг-дыг-дыг-дыг-дыг-дыг-дыг — рукой мух отмахнул. Это он называется перекрестился, вот это вот, да? Все. Обеденный перерыв. Верующий, ага.

Либо человек приходит и говорит: «Батюшка, кому дать деньги?» Вот, по сути, как звучит? Кому дать деньги, чтоб с меня порчу сняли? Наши торгово-денежные отношения мы переводим на церковь. Чтоб было все понятно. Я тебе гроши, ты мне снимаешь порчу. И вроде бы не к бабке сходил, а в церковь. Вроде бы и там проблемы какие-то решил. Так, конечно, вы понимаете, что ничего не решается, это чушь. Более того, такие метания называются духовным блудом, когда человек мечется между церквями, пытается вот... Вот этот батюшка сказал «нет», и этот «нет», а вот тот хороший, потому что он мне сказал «да».

Вот все, я к нему буду ходить, он хороший. Ну или ходить по батюшкам, пока кто-то не скажет «да», это тоже бывает. И опять вот эта же фраза всплывает у нас: не знаем, о чем печалиться. Не знаем, о чем печалиться. Не видим истинных причин наших бед, не видим преград. Сколько раз я на исповеди слышал эту чушь, этот бред: «Нет, батюшка, нет, грешный, я понимаю, что я грешный или грешная, но так, знаете, как по жизни, бытовыми какими-то...» Бытовые грехи, Господи помилуй! Бытовой мусор бывает, а бытовые грехи откуда?

Что это такое вообще — бытовые грехи? Или вы считаете, что если вы не убивали никого? Есть маленькие грехи и большие грехи, да? Господин судья, я всего одного убил. Неужели это ж проблема? Я ж не десять убил. А то, что от твоих слов человек слезами изошел, а то, что от твоих поступков, извини меня, кто там сединой покрылся, — это не убийство? Убийство.

До каких пор мы будем отмахиваться от своих грехов? До каких пор мы будем ходить в святых? Это... В этом болоте человек может всю жизнь прожить. Умение четко, внятно объяснить священнику свои грехи — твердый залог того, что в эти грехи вы больше не попадете.

Это должно быть для каждого христианина. Но это ж тяжело — грехи объяснять, кайся. Оно надо? А так заскочил, свечек понатыкал. В лучшем случае батюшке благословение взял, и все. Где ты был? В церкви. Я ж верующий человек. Представьте себе, что вы ждете в гости своего знакомого или знакомую. Естественно, ну, хотите накрыть стол, накрыли стол, да? Ну, угостить.

Вот приготовили тапочки человеку там, фужеры достали красивые, тарелки. Ну как? Ну, знаете, ну, накрыли на стол. Заходит ваша знакомая, с ноги распахивает дверь, тапочки в сторону, в грязных ногах на ковер. Так, что тут? А ну дай я поем. Нормально. Все, пока. Давай, я поел. Все, давай. Ну, мягко говоря, будете удивлены таким поведением, правда? Они так же поступают в храме Божием. Вот я наблюдаю часто. Вы знаете, вот мы... вы болтать любите, а мы же болтаем. Вот заходит человек в церковь. Зашел. Хорошо, если перекрестится — вообще удача.

А я... и сразу — шасть к свечному ящику. [Как там помазано], что вы там разглядеть хотите, [сочась]? Сегодня ничего не изменилось. Вот. И сразу записок написал. Ну, это понятно. Записки, свечки купил, свечки поставил. Наступает критический момент. Что дальше делать, я не знаю. Ну, тут ладно. Свечку поставил, свечку поставил, записку написал. А дальше что?

Для этого существует Закон Божий. Воскресная школа наша для взрослых. Ну, это ж раз в неделю. Зачем оно нужно? Я так как-нибудь сам чего-нибудь. Существуют определенные правила. Когда мы в розетку лезем — правила, когда дорогу переходим — правила, оформление, заполнение бумаг — правила.

Но здесь-то мы как-то, получается, без правил живем. Одно мне непонятно. Либо у нас прихожане очень умные, разумные, которые знают лучше, чем Господь, как надо. Либо в церкви что-то не то, потому что устав написали, как жить в церкви. Или одно из двух. Существует устав, типикон. Вот я вам цитирую устав: «Зайдя в церковь Божию, постой малое время, дабы успокоить чувства свои, перекрестись с молитвой: „Вниду в дом Твой, поклонюся храму Твоему, [страсте Твоей, молитве Твоей, оправданной] враг моих ради“». То есть существует молитва входа в храм. Поклонись святому престолу единожды, священству единожды, людям единожды.

То есть три раза поклонись. Вот. Постой опять малое время, дабы умерить чувства свои. Приложись к центральной иконе, приложись к местночтимым иконам, Кресту Господню. Ну, а потом уже там свечи, записки. У нас все четко, да наоборот. «Леночка, здравствуйте! [Майвана]. О, Лена!» [Тупо интересом], знаете, вот такой. Что-то мы знакомимся там, это все понятно. Знакомого человека увидел, все понятно. Но получается, мы сначала с людьми, а потом с Богом. Подожди, Господи, подожди, тут Леночка, подожди, сейчас не надо. Ну так получается. Существует устав, типикон. Когда мы захотели сварить первый суп — вот я к жизни обращаю...

Может быть, первый не получился, может быть, он сгорел, может быть, он был невкусен, но мы пытались, мы хотели и мы варили. Теперь вы профессионалы. Вы можете, каждый из вас может сварить суп, что мужчинам в большинстве своем недоступная история. Здесь та же самая история. Захотите — мы расскажем, покажем, как делать. Нет? Нет. Еще раз напоминаю девиз: не знаем, о чем печалиться. Истинная печаль наша — это грехи наши.

Это наши недостатки, это неумение признать свою вину. Это глу... быть глухому к чувству своей совести. Мы же печалимся о малой зарплате. О том, что Господь нас наказал за что-то незаслуженно. Еще там, еще. Умение исповедаться, умение общаться с Господом должно стать для нас таким же повседневным, как умение общаться с человеком. Мы как раз встречаем человека, говорим: «Здравствуй, как у тебя дела?» Да? Обычно. То же самое с Господом. Мы читаем молитву: «Вниду в дом Твой». Мы пришли в гости к Богу, в Его дом. Существуют правила в Его доме, которые надо исполнять.

Вот, дорогие мои, сегодня будем молиться Матери Божией. Просить у Матери Божией, чтобы Она показала нам, где мои грехи, в чем мой прокол, где мои основы, с чего мне начать, где корень вот этой вот ветви моих невзгод. Ну, будем молиться.

Знайшли помилку в тексті? Повідомте нам

Маєте питання? Поставте його в бесіді — відповідь знайдеться у словах отця Андрія. Запитати